Млечный Путь
Конкурс №4


    Главная

    Кабинет

    Регистрация

    Конкурс 4

    Правила

    Жюри

    Издательство

    Магазин


    FAQ

    ЖЖ

    Реклама

    Друзья

    Контакты

    Польза

Рейтинг@Mail.ru





Константин  Савицкий

Вспомни!

    Мишку я встретил на выходе из аэропорта.
     – Сколько лет! – поздоровался я, помогая уложить чемоданы в багажник. – Спасибо, что не забыл про гитару.
     – Привет Макс, дружище, совсем взрослый стал, – приветствовал меня мой старый друг. Он всегда так здоровался, не важно, прошло два дня, или как сейчас, два года.
     Уже в машине он осторожно осведомился:
     – Так зачем я тебе так срочно понадобился? Почему ты не мог обьяснить мне все по телефону?
     – Понимаешь, не мог, старый лентяй. Ты мне нужен, чтобы прикрывать спину.
     Он резко посерьезнел.
     – Какие-нибудь новости о Наташе?
     – Именно! Я знаю, как её найти!
    
     Два часа назад я вернулся из командировки – побывал на экономическом форуме в Давосе. Теперь мне требовалось упорядочить и рассортировать море заметок и заготовок. Наташка крутилась у меня под ногами, рассказывала чепуховые истории и сплетни с работы, затем приготовила ужин и продолжила трещать. Внезапно ей понадобилось, чтобы я помыл посуду, причем я уже устроился за ноутом и начал писать статью.
     – Отстань! – буркнул я. Она что-то ответила. Я, признаться, не вслушивался в слова, но отреагировал на тон. – Некогда, – сказал я жене. – Уйди, слышишь. Мне надо поработать.
     Через пару минут хлопнула дверь, но я не обратил на это внимания. В голове крутились тезисы и заголовки. Когда я, наконец, закрыл ноутбук, времени было за полночь. Телефон Наты лежал в кармане пальто, пальто в шкафу. Другие её вещи тоже были на месте, включая уличную обувь. Решив, что Ната на меня обиделась и пошла пройтись-остыть прямо в шлепанцах, я подождал еще с полчаса и на всякий случай позвонил теще. Затем обзвонил подружек и прочесал на машине район. Вернувшись, обратился в полицию. Прошёл месяц.
    
     – Как тебя вообще угораздило попасть к гадальщику?
     – Понимаешь... долгая история. Началось все с того что со мной связался Кой.
     – Гадальщик?
    
     По экрану бежала тоненькая полоска, как хомяк в колесе, из ниоткуда в никуда. Мимо меня прошел Вей-Мин и уселся на свое рабочее место. Это его фамилия. Он требует обращения по фамилии, ибо неудобоваримое имя мы безбожно коверкаем.
     Мы работаем вместе уже два года, но я про него почти ничего не знаю. Китаец. Разведен. Трудолюбив. Не знаю, сколько китайцев подходит под это определение, но их явно больше населения какой нибудь Анголы. Вей-Мин сухо поздоровался и забарабанил по клавишам.
     – Максим, статью скоро сдавать, – напомнила секретарша Главного из-за своего столика. По её мнению, я неэффективно работаю. По моему мнению, она тратит дни на штудирование любовных романов и изучение своих ногтей.
     Я послушно принял деловой вид, создал новый файл и начал прилежно печатать. Секретарша уткнулась носом в книгу, а мои пальцы своевольно набивали строчку:
     «Ну и нафига тебе оно надо? Сидишь целыми днями, читаешь экономические сводки, лабаешь статьи, зарабатываешь резюме? Зачем тебе это? Для кого стараешься?»
     Я не знал, для кого стараться. Работа теперь была моей единственной супругой. Пальцы бегали по клавиатуре:
     «Тоскуешь. Забил бы на работу и развеялся. Бездействуешь? Гниешь себе в ожидании чуда? Чудес не бывает».
     Вот такой вот я прынцыпиальный. Я стер написанное и решил сфокусироваться на статье. Однако на чистом листе «Ворда» внезапно высветились новые буквы:
     «Чудеса случаются, Максим, – прочитал я. – Тебе назначено на 8 вечера. Сегодня. Адрес – 777 Ньюкасл».
     «Бред, – промелькнуло в голове.– Кто-то надо мной издевается».
     Я оглядел офис в поисках шутника. Все были заняты своими делами. А незнакомец продолжал писать:
     «Намек: другого шанса вернуть жену у тебя не будет. Так что советую придти. Лови свое чудо!»
     Экран сжался в яркую точечку, погас. Компьютер умер. Ребята из техподдержки немного повозились с ним и сообщили, что до завтра справятся. Я же получил незаслуженный отпуск и решил добраться домой пешком.
     Однако выйдя на улицу, я понял, что не хочу возвращаться домой. Я пообедал в какой-то мелкой закусочной. Пошатался по центру. В общем, как-то незаметно пришел вечер. Уже в темноте я забрел на улочку Ньюкасл. На часах без десяти восемь. Совпаденьице. Не верилось, что на такой махонькой улице помещается под восемьсот домов. Однако нужный дом 777 там действительно был... почему-то сразу за номером 135.
     В сумерках выступала яркая, неоновая вывеска: «А.Шень, Доктор Оккультных Наук». Дверь была не заперта. Внутри – маленький безлюдный офис. На стенах оккультные постеры и какие-то рамки с дипломами. Журналы на стеклянном столике. На руке пискнули часы – восемь ноль-ноль.
     – Входите, Максим, – донесся сверху гулкий бас. Нашарив выключатель, я зажег свет. Сразу за стойкой секретарши располагалась лестница. Наверху меня встретил узкий коридор, сладко пахнущий пылью, стеллажи с книгами, приоткрытая дверь, как оказалось ведущая в туалет.
     – Сюда, Максим, я в кабинете, – снова позвал бас.
     За стелажами обнаружилась еще одна дверь. Я нерешительно приоткрыл её. В свете уличного фонаря виднелся широкий стол. За ним дремал неопрятный старик. На самом же столе сидело...
    
     – Нет, не гадальщик. Кой – это дух-посредник, ну знаешь, как у медиумов. Его предки эмигрировали из Японии, а сам он родился здесь, в Канаде.
     – Он говорил с тобой посредством гадальщика, разумеется?– ехидно спросил Миша.
     – Нет, говорил сам Кой. Выглядит он как здоровенный карп, в кимоно, с руками и ногами, если можешь себе такое представить.
     – Живет в аквариуме?
     – Не думаю. Он представился Коем из красной пещеры. Это его дом, но ему нужна связь и с нашим миром. Я не уверен, но, по-моему, Кою нужно жить в контакте с человеком. С особым человеком. Хотя, по словам Коя, его нынешний хозяин – шарлатан...
     – Подожди, – прервал мой лучший друг. – Давай ты остановишь машину, а я скажу, что думаю насчет всего этого.
     Когда я заглушил двигатель, он продолжил:
     – Макс. Я за тебя и в огонь и в воду. По первому требованию я приехал, не задавая вопросов. Ты можешь мне доверять?
     Я кивнул.
     – Так вот – ты совершенно зазомбирован. Опомнись! Этот Шень – обыкновенный мерзавец, который пытается нажиться на исчезновении Наташи!
     – Наташа не исчезла! Её украли!
    
     – Хозяин Страны Забытых Вещей, – сказало существо. Оно сидело на самом краю стола и постукивало хвостом по матовой поверхности. Подумалось: будь он человеком – наверняка барабанил бы пальцами.
     – Но почему мою жену?
     – Потому что она твоя, – сказало существо. – Ты не замечал за собой способности связывать не связанные между собой факты? Вспоминать то, чего не знал?
     Таких как ты называют Куриными Богами. У тебя в голове Дыра, и все туда сыпется.
     – Какая дыра?
     – Дыра, с большой буквы. Боги и духи, такие как я, чуют подобное. Обычный человек для нас – тайна за семью печатями. Но если заглянуть в Дыру... ты и твои близкие перед нами как на ладони.
     Существо энергично шлепнуло хвостом:
     – Короче, ты хочешь найти жену, или как? Хватит вопросов. Просто – да или нет?
    
     – Дай мне час, – сказал я. – Если не смогу тебя убедить, то смело звони в скорую.
     Он недоверчиво посмотрел на меня.
     – Ради нашей дружбы!
     – Хорошо, – неохотно согласился Миша. – Только я веду!
     – Без проблем.
     Вскоре он нарушил молчание.
     – Зачем этот... карп связался с тобой?
     – Кой предложил свои услуги. Он может доставить меня туда, где прячут Наташу, и помочь её вернуть, за плату.
     – Ага! И зачем, интересно, рыбе деньги?
     – Он не просил денег.
     – Бессмертную душу?
     – Нет. Более конкретно. Три года жизни.
     – Что?
     – Биологически я состарюсь на три года. Сам карп бессмертен, в отличие от Шеня, который стар и серьезно болен. Кой собирается заплатить своебразную «ренту», полечив своего домовладельца моей жизнью.
     – Понятно. – Остаток пути мы ехали молча.
     В городе был час пик, Ньюкасл был запружен машинами, и мы долго не могли припарковаться. В офисе обнаружилось новое препятствие – в виде дородной секретарши. Безбожно коверкая английские слова, она объяснила, что рабочий день Шеня закончен, и предложила записаться на следующую неделю.
     – Нам срочно, – деловито сказал я. – Мистер Шень просил пройти прямо к нему. Мое имя Максим – я его знакомый.
     Секретарша смерила меня взглядом. Я слишком нервничал, чтобы произвести хорошее впечатление или хотя бы звучать правдоподобно. Наконец она встала и неохотно поднялась в кабинет Шеня. Вернувшись, ледяным тоном обьявила:
     – Мэтр не знает такого. Пожалуйста, уйдите, пока я не вызвала полицию.
     Чуствуя спиной недоверчивый взгляд Мишки, я кинулся наверх. Он бежал следом, крича:
     – Макс? Куда?!
     Сегодня старичок был одет в приличный костюм. В момент нашего вторжения он читал, как я заметил, русскую газету «Известия». При виде нас гадальщик торопливо свернул её и испуганно взглянул поверх очков.
     – Кой, ты здесь? – спросил я потерянно. Диковинной рыбы нигде не было. А была ли? Я действительно спятил?!
     В дверь забарабанили.
     Старичок привстал, возмущенно открыл рот… и застыл.
     Похоже было, что он задыхается – лицо покраснело от напряжения, челюсть задергалась вверх-вниз, как у щелкунчика. Глаза вылезли из орбит, а шея над воротничком медленно разбухла вдвое, как будто Шень подавился футбольным мячом. Из глубины гортани раздался стариковский фальцет:
     – Все в порядке, Лизонька. Этот молодой человек пришел по моей просьбе. Дело неотложное.
     – Вы уверены, Александр Иванович? – нервно спросила секретарша.
     – Успокойтесь, Лизонька. Идите к себе.
     Шаги удалились. Миша тяжело дышал у меня за спиной.
     Затем он охнул.
     Вздутие поползло вверх по шее гадальщика. Из глубины раззявленного рта блеснули два глаза. Маленькие ручки уцепились за бледные стариковские губы.
     – Это будет стоить отдельно, Максим, – сказал Кой из нутра своей красной пещеры. – Ты только что создал мне кучу проблем, напугал моего человека. Отдашь еще треть года, сверх условленного.
     Я сглотнул слюну и быстро закивал головой.
     Рыбьи глаза уставились мне за спину.
     – Михаил, ваше неверие дорого стоило вашему другу. Вы согласны помочь ему?
     И затем:
     – Вам нужно сделать следующее...
    
     ***
     Спрингтаун идеально подходил к требованиям Коя. Этот заводской городок был покинут последними жителями лет десять назад, после краха промышленности в конце 90-х. В таких местах всегда есть шанс наткнуться на местную мафию или наркодилеров, но тут уж приходилось рискнуть. Мы остановились километрах в двух от центра. Запарковав машину, до вечера собирали дрова. На закате расстелили покрывало, слегка перекусили. Затем разожгли костер.
     Мишка взял на пробу пару аккордов. Следуя инструкции, ему предстояло играть на гитаре всю ночь... пока я не вернусь из того, что Кой назвал «Сансарой».
     Я тем временем достал из сумки деревянный кулон в виде карпа и повесил на шею. Устроился на подстилке, попытался заснуть. Лежать так быстро наскучило, и я осторожно приоткрыл один глаз. Над головой проплывало созведие Рыб.
     Вновь о том, что день уходит с земли
     В час вечерний спой мне.
     Этот день, быть может, где-то вдали
     Мы не однажды вспомним.
     Вспомни, как прозрачный месяц плывет
     Над ночной прохладой.
     Лишь о том, что все пройдет,
     Вспоминать не надо.
     Лишь о том, что все пройдет... *
    
     Звездный купол превратился в воронку. Голова закружилась, мне показалось, что я падаю в небо. Когда же я пришел в себя, Мишка, костер, машина – все пропало. Я стоял на обветшалой площади, окруженный призрачными домами Спрингтауна.
    
     ***
     Темнота уютно обволокла покинутый город. Над головой зашипел и зажегся уличный фонарь. Вокруг валялся мусор, газеты десятилетней давности, куклы с оторванными головами. Город по-прежнему жив, понял я. Жив, но забыт, выброшен на свалку, как одна из этих кукол. Люди ушли из него. Забыли. Остался только я.
     – Остался только я, – негромко сказали из темноты. – Я обжил этот город и пустил его в свою страну. Уходи, Куриный Бог, тебе здесь не место.
     Говоривший медленно вышел из темноты. Он был на голову выше меня. Черты его лица и фигура были очень нескладными, грубыми, чем-то неуловимо знакомыми. Сверкали два разноцветных глаза, серый и желтый. Он был облачен в засаленный смокинг с бабочкой, а в руках крутил легкую трость.
     Я сглотнул слюну и тихо произнес:
     – Я пришел за своей женой, Наташей. Ты забрал её.
     – Не знаю такой, – ответил Хозяин Страны Забытых Вещей. – Тебя обманули. Таких здесь нет.
     – Наталья Петухова, – попросил я. – Отдай.
     – Тебе-то? – удивился Хозяин. – Ты её упустил. Она ушла. Как ты и просил.
     – Она не вещь, – сказал я. – Она человек. Ты можешь забрать ручку, куклу, этот город, но не её.
     – Я обращался с ней как с вещью, – ответило эхо. – Ты опять не убралась, Ната. Я тружусь как вол, а от тебя не дождешься даже обеда. Опять мои бумаги разбросаны.
     Я побледнел.
     – Такие вот женские права в наши дни, – сказал Хозяин. В сером глазу его полыхнуло безумие. Он сделал сочувственное лицо и прибавил:
     – Признаться, мне все равно, что отбирать – ручку или куклу. Просто нравится этим заниматься. Ничего личного. Но в отличие от вас, людей, я за свое держусь крепко!
     Под ногами булькнуло. Знакомый голос произнес:
     – Не пытайся выпить больше, чем поместится в брюхе!
     Хозяин нахмурился и щелкнул пальцами. В руках его появился литровый аквариум с махонькой рыбешкой на дне.
     – Ты украл её через Дыру, – прохлюпала рыба. – Но Максим... тоже может... до тебя дотянуться...
     Хозяин поднял аквариум на уровень глаз и задумчиво произнес: – Не думаю. Не в моей стране. Вы оба здесь бессильны, Кой-из-Пещеры.
     Он взял аквариум поудобнее и распахнул рот. Струя воды хлынула мощным потоком в глотку. Когда он опустил руки, внутри не было ни воды, ни рыбы. Жахнул аквариумом о мостовую, полетели стеклянные брызги.
     – Связался с жульем. Думаешь, если в башке Дыра, то сразу чародей и кудесник. Лыцарь на белом коне. Жену спасать пришел.
     Желтый глаз вспыхнул огнем.
     – Ушла твоя Наталья, совсем ушла. Не забрал бы я её, так на развод бы подала. Что, скушал? Тебе она больше не принадлежит – ни по человеческим законам, ни по божеским.
     Ухмыльнулся, ткнул в меня пальцем.
     – Убирайся вон, Макс!
     Мне было больно. Очень больно. Быть может, она и ушла. Быть может, я сумел бы её вернуть... все могло быть. Но это была наша жизнь. Как посмел он вмешаться, сделать мою жену игрушкой своей поганой коллекции, и еще попрекать меня?!
     Я шагнул навстречу.
     Хозяин играючи напряг мускулы, и смокинг затрещал, расходясь по швам. Он выхватил из трости клинок, рассек воздух пробным ударом.
     – Что ж, сам напросился!
     Ощущение реальности пришло как похмелье. Я находился, в незнакомом месте, в сердце пустого города. Передо мной стоял маньяк, убийца. Он заманил мою жену в ловушку, а сейчас убьет и меня. Как я вообще мог подумать о том, чтобы придти сюда? Драться я никогда не умел, даже в молодости. Я сам призвал свою нелепую смерть.
     В эту секунду я ясно вспомнил, что видел Хозяина раньше. В фильме «Крепкий орешек». Эта кривая ухмылка была ухмылкой Брюса Виллиса. И вся его внешность была так же позаимствована из разных фильмов.
     Фонарь погас. В почти полной темноте я все же разглядел, как он отбросил лезвие и схватился за горло. То, чем был Хозяин, растекалось по мостовой бесформенными кусками. Я попятился и упал. Пополз назад, пока не уперся спиной в стену. Глаза медленно привыкали к темноте. Я был один, живой, на абсолютно пустой площади. В пустоте. Без провожатого. Не зная куда идти, что делать. Единственным желанием было убраться подальше от той кучи, под фонарем. Поднявшись, придерживаясь рукой за стену, я свернул в какой-то боковой переулок и торопливо зашагал по нему.
    
    
     ***
     В кармане зажжужал телефон. Я вытащил трубку и недоверчиво посмотрел на неё. Телефон исправно вибрировал. Звонили с незнакомого номера.
     – Алё?
     – Молодец! – сказала трубка, – этот раунд за нами.
     – Кой, это ты?
     – Нет, твоя заботливая мать! – ответил Кой. – Поспеши. Ты дал Хозяину хорошую оплеуху, но он оправится очень-очень быстро.
     – Что мне делать?
     – Беги!
     Я побежал. Телефон продолжал бубнить:
     – Хозяина победить нельзя. Здесь, на своей земле он всемогущ. Однако все, что он может, это тратить на тебя свои драгоценные забытые вещи. Сейчас он противостоит тебе из принципа. Но если цена станет слишком высокой...
     Передо мной материализовалась горилла. Гигантская, волосатая, мускулистая тварь. Кинг-Конг 1933 года, понял я. Горилла взревела и развеялась дымом.
     – Так держать, – подбодрил меня Кой.
     На улицы высыпал карнавал. Сотни смеющихся лиц и масок. В руках они держали свечки и кидались конфетти.
     – ДАЛЬШЕ БУДЕТ ХУЖЕ, – сказал карнавал.
     Я кинулся напролом, и маски расступились, рассыпались, прячась по домам и салунам...
     Длинная улица была присыпана мексиканской желтой пылью. Маленькая фигурка в джинсовом костюме широко расставила ноги. Шпоры звякнули в последний раз, и я остановился. Моим противником была тряпичная куколка. Голову её венчало сомбреро, а на поясе болталась внушительная кобура.
     – Кой?
     – Мы в заднице, – ответил телефон. – Не думал, что дойдет до этого.
     – Говори яснее!
     – Он выпустил демона второго рода.
     – Что это?
     – Вспомни! Писатель Станислав Лем? Ты читал эту книгу!
     – Кой, что мне делать?
     – Абонент недоступен, – ответил приятный мужской голос. – Вы забыли зарядить батарейку...
     Прозвучало вступление к вестерну, и Демон выхватил свой кольт... Нет, он целился в меня перышком!
     Я вспомнил. Я вспомнил, что Дарвин плавал на корабле «Бигль», что Чаплин родился 1889 году, а у его любовницы Годдар была маленькая родинка под правой лопаткой. Среди закрутившего меня потока я вспомнил и о демоне, выдумке польского фантаста. Демон второго рода обладал способностью вычленять правдивую информацию из хаотичной пляски электронов...
     ... и обрушивать...
     ... на мою голову...
     На Юпитере обнаружили нефть, а главную жену третьего императора Минь звали Кога. В салуне поставили пластинку Битлз. «Help, you need your buddy!», запел граммофон голосом Коя.
     Я зажмурил глаза, замотал головой, стараясь стряхнуть наваждение. Бесполезно, мир ускользал, превращаясь в набор бессмысленный фактов. Кто может сразиться с повелителем информации?
     – Именем Ларри Пейджа и Сергея Брина! – вскричал я, и хаос улегся.
     В момент истинной опасности мушкетер ищет рукоять шпаги, а корсар – кортика. Я вызвал то, что приходило мне на помощь каждый раз, когда я забывал цитату, дату или имя. Только здесь оно было... Гуглом Всемогущим.
     Когда я открыл глаза, в небе парила гигантская буква «G». Символ Демона. Веселого, находчивого, готового придти на помощь в любое время суток, в любую точку мира.
     Я сделал рукой «пистолетик», ткнул пальцем в куколку и сказал: «Пиф-паф!»
     Куколка кинулась наутек, но Гугл, как всегда, быстро нашел искомое. «G» оплела демона второго рода, прижала к земле.
     – Запрос: Возвращение Максиму его жены Натальи.
     – Тебе повезет? – спросил деловитый голос.
     – Всегда хотел попробовать эту опцию... Да!
     «G» слилось с демоном, упорядочивая хаос, раскладывая его на каталоги. Куколка раздулась и затрещала по швам. Затем она лопнула, и в оседающем облаке пуха показалась массивная дверь.
    
     ***
     – Подождите! – услужливый привратник загородил проход. Его разноцветные глаза смотрели укоризненно.
     – Вы наш гость. Позвольте, я сам выпущу вас.
     – Это новая ловушка? – неуверенно спросил я. Кроме привратника, на улице никого не было. Стояла приятная ночная прохлада. Небо медленно светлело, но утро еще не наступило.
     – Какая ловушка? – брезгливо удивился привратник и широко распахнул дверь. С той стороны была темнота, освещаемая догорающим костром.
     – Вы такой многообещающий молодой человек. Так хорошо преодолели все препятствия. Что подумают соседи, если мы не в состоянии обеспечить гостей подобающим сервисом.
     Он поклонился, освобождая дорогу.
     – Вы твердо решили покинуть нас? Приезжайте еще. Наш курорт всегда открыт для туристов.
     Я задумчиво отхлебнул коктейль. Конечно, приятно полежать на пляже, созерцая лазурное море. На горизонте прыгают дельфины, а волны бьются о дверь.
     – Мне не нужна дверь, – сказал человек с нелепым лицом. Его серый глаз светился настойчивостью, а желтый – умиротворением
     Мне не нужна дверь. Я сижу на троне и смотрю на шоу. Три рабыни ласкают моё тело руками и губами. На эстраде – танцовщицы, одетые лишь в сеточку татуировок. Они маняще касаются друг дружку и кружатся на шесте. Репродуктор с верхушки шеста взорвался звуками:
     – Максим, идиот, опомнись!
     Смешной Кой. Он сражается за мою жизнь. Мне не нужна жизнь. Я возлегаю на Олимпе и наслаждаюсь самыми лучшими воспоминаниями...
     ... ласковый смех. Её щека на моем плече. Разговоры о детях. Кино, и руки сплетенные вместе. Мы сидим у костра, а гитара рассуждает о высоких материях... Я шагаю вперед, и дверь щелкает у меня за спиной. Два глаза, серый и желтый, глядят мне в спину с ненавистью и отчаянием.
     Все пройдет – и печаль и радость,
     Все пройдет, так устроен свет.
     Все пройдет, только верить надо,
     Что любовь не проходит, нет!
     Не проходит, нет!
     Угольки перемигивались остатками тепла. Мишка устало бренчал, хрипло выговаривая: «Слева молот справа серп, это наш советский герб. Хочешь – сей, а хочешь –куй, все равно получишь... Макс???»
     – Ты ничего лучше не мог придумать? – сумел выговорить я, задыхаясь от смеха.
     – Песни закончились, уныло ответил Мишка, демонстрируя сбитые в кровь пальцы.
     – Последние полтора часа пришлось... эта...
     Взошло солнце.
    
     ***
     – Передавайте привет, – улыбнулась мне Эми. Это наша секретарша. Ей 24 года, она учится на журналиста. Она любит кошек и хочет купить породистую ангорку.
     В дверях я разминулся с сотрудником – китайцем Вей-Мином по имени Хонйён. Мы попрощались за руку. Сегодня за обедом, мы обсуждали последний из фильмов Феллини. Хонйён любит Италию, Феллини и черно-белые фильмы Метро Голден Майер. Вечерами он сидит в тематических чатах, мечтая познакомиться со скромной китаянкой, разделяющей его интересы.
     Сегодня я отпросился с работы пораньше, чтобы пообедать с Натой. Её обнаружили рабочие во время сноса одного из заброшенных домов в центре города. Полиция до сих пор ищет её похитителя.
     В сознание Ната пришла уже на больничной койке. Я ежедневно её навещаю. Мы болтаем обо всем на свете. Не касаемся только того, что привело её в больницу. К счастью, она ничего не помнит с момента ссоры и до своего пробуждения. Это меня не заботит. Перед нами – будущее, прекрасное в своей неизвестности. О прошлом я буду помнить за двоих.
     Покидая больницу, я встретил знакомого.
     – На первый, пожалуйста, – попросил Шень. Затем перешел на русский:
     – Простите, вы не один из моих пациентов?
     Я улыбнулся.
     – Признаться, я ходил к вам два раза, – ответил я уклончиво, – но наверное, больше не приду.
     – Ничего, – жизнерадостно ответил гадальщик. – Я не строю из себя Калиостро. Но чудеса случаются, молодой человек! Уж поверьте старику. Я это – не про свою практику.
     Ему 62 года. Он копит деньги, чтобы проспонсировать иммиграцию внучки. Полгода назад врачи поставили диагноз – рак прямой кишки. Сегодня пришли новые анализы.
     Мне становится все легче вспоминать неизвестное. Дыра, в сущности, – полезная штука.
     В фойе мы раскланялись. Легкой походкой, не свойственной старикам, он выпорхнул в раннюю осень, дружелюбно кивая прохожим. Я, легко улыбаясь, вышел за ним. И сразу же меня окликнули: «Максим, одну минуту!».
     Перед самым входом в госпиталь был разбит небольшой садик. Цвели какие–то мелкие кустики, росла травка, журчал фонтан. На сером от времени и копоти бордюре сидел нескладный, высокий человек в слишком коротком для него медицинском халате. В переднем кармашке торчали колпачки ручек. Серый глаз смотрел грустно, а желтый весело.
     – Ты все чаще заявляешься ко мне, – ровным тоном сообщил Хозяин Страны Забытых Вещей. – Но я не в обиде, – он жестко улыбнулся одним ртом.
     – Я вмешался в твою жизнь. Я плачу за свои ошибки.
     Выдержав паузу, он продолжил:
     – Я пришел, чтобы помириться. Мне бы очень хотелось остановить постоянное вторжение на мою территорию. Я понимаю, ты не можешь иначе. Дыра есть Дыра. Но может, мы сумеем договориться? Ты уже знаешь, о том какую опасность Дыра представляет для тебя и твоих близких. В моих силах «законопатить» её. Сделать так, чтобы Дыра пропала, а с ней и наши проблемы.
     Он прочитал на моем лице неминуемый отказ. Жесткие черты его «потекли», меняя форму, давая слабину.
     – Ты по-прежнему считаешь меня своим персональным врагом, и «Кошмаром с Улицы Вязов», не так ли? – спросил Хозяин Страны Забытых Вещей. – Поверь, я – это всего лишь я. Я собираю свою Страну по мелочам и не страдаю вендеттами. Хочешь, поклянусь больше не вмешиваться в твою жизнь и жизнь твоих знакомых? Я не желаю тебе зла.
     – Я верю, – мой голос звучал как чужой. – Благодарю за предложение. Но вынужден отказаться.
     – Ты думаешь, что раз я безопасен, все закончено? – зло крикнул он вслед. – Дыра притягивает неприятности как магнит, а я далеко не единственный, у кого есть длинные руки. Ты упускаешь шанс, другого не будет.
     Испуганные голуби разлетелись по улице. Из проезжающей мимо легковушки высунулся заинтригованный водитель. Солнце зашло за тучу.
     – Я всего лишь “куриный бог” на берегу нашего моря, – ответил я Стране Забытых Вещей. – Камушек с дырой. Но пока она со мной, дует свежий ветер, и солнце просвечивает меня насквозь. Пока она со мною, я помню о том, что я – есть.
    
     Торонто, 2009 г.
    
     * Стихи Л. Дербенева